miss_juliettef

Category:

И ты, Брут?

Брут… Кто не слышал о Марке Юнии Бруте? Таких найти трудно, почти все знают о заговоре мартовских ид сорок четвертого до нашей эры... Одни по сей день называют Марка Брута одним из гнуснейших предателей, другие, наоборот, оправдывают его и доказывают, что Цезарь сам приблизил свою смерть, что власть к концу жизни опьянила его… Однако каждому, кто знает больше, чем классическое «Юний Брут предал Юлия Цезаря», предельно ясно – роль Брута в заговоре была несколько иной, чем считают люди.

Начать стоит с того, что изначально Марк Юний относился к политике Цезаря более чем лояльно – всё-таки диктатор ему покровительствовал и «отмазывал» от некоторых проблем. Ходили также и слухи о том, что на самом деле Брут был сыном именно Гая Юлия, что, впрочем, не слишком вероятно, так как в год рождения будущего убийцы его предполагаемому отцу было максимум семнадцать, а то и пятнадцать лет. Но то был Древний Рим, а Цезарь был верховным властителем, и подобные слухи (а также куда более непристойные – но исключительно в отношении Гая Юлия) множились… Народ видел и в Марке Юнии, и в Цезаре несколько иных людей, чем они были на деле.

Марк Антоний над телом Цезаря. Бела Чикош-Сесия, ок. 1920.
Марк Антоний над телом Цезаря. Бела Чикош-Сесия, ок. 1920.
Марк Брут. Слепок с произведения Микеланджело.
Марк Брут. Слепок с произведения Микеланджело.

«Император не святоша» - спустя долгие столетия и даже тысячелетия написал один бард о Цезаре. Так оно было, за тем только исключением, что титулом императора Гай Юлий не обладал («Я Цезарь, а не царь» - сказал он). Количество недовольных им римских патрициев множились. Попытку организовать заговор предпринял Гай Кассий Лонгин, который лютой ненавистью ненавидел диктатора и мечтал о возрождении «настоящей» Республики. Однако взгляды римлян были прикованы не к нему, уже попытавшемуся бросить вызов Цезарю, а к сорокалетнему Марку Юнию. В глазах современников он был своеобразной реинкарнацией Луция Юния Брута, одного из основателей Республики, что боролся с царём Тарквинием несколькими сотнями лет ранее. Постепенно и сам Брут проникся этой идеей убийства тирана и присоединился к заговорщикам, а Цезарь будто бы начал опасаться его влияния и громкого имени. Именно с момента этого поворотного решения Брута Кассий стал популярен, и всё больше сенаторов соглашалось участвовать в заговоре. К пятнадцатому марта их было более семи десятков. Всего сенаторов в эпоху Цезаря было девятьсот…

Бюст Луция Юния Брута, боровшегося с царём Тарквинием.
Бюст Луция Юния Брута, боровшегося с царём Тарквинием.

Многие хотели расправиться с Цезарем побыстрее, но заговор всё же был тщательно спланирован. Была назначена и точная дата – 15 день месяца марта – то есть день мартовских ид, деливших месяц напополам.

И за долгое время, и накануне ид Цезарь получал предзнаменования беды. Он даже хотел не идти в Сенат, но заговорщики уговорили его всё же явиться на заседание, говоря, что в ином случае его поднимут на смех. Гай Юлий ценил честь более жизни... Этот принцип стоил ему жизни.

Памятник Цезарю.
Памятник Цезарю.

Нападение началось почти сразу, как диктатор вошёл в здание театра Помпея, где проходило заседание. Сигнал к началу убийства подал Луций Тиллий Цимбер, сорвав с диктатора тогу, когда тот в очередной раз отказался даровать прощение его брату. Цезарь удивлённо воскликнул:

Это уже насилие!

В ту же секунду стоявший позади Сервилий Каска нанёс первый удар диктатору в шею.

Негодяй! Каска, что ты делаешь?!

 - последовало ещё одно восклицание, когда Цезарь обернулся и увидел нападавшего.

Далее удары посыпались на Гая Юлия со всех сторон. Многие утверждают, что диктатор был заколот кинжалами, другие говорят, что в Сенат не пускали с оружием и заговорщики орудовали стилусами для письма, и стилусом же защищался Цезарь. Но он прекратил сопротивляться, увидев Марка Юния... По словам летописца и историка Светония, в последний раз в своей жизни великий диктатор обратился именно к Бруту, по-гречески:

И ты, дитя моё?
Убийство Цезаря. Карл Теодор Пилоти, 1865. На картине видно, как Каска замахивается кинжалом.
Убийство Цезаря. Карл Теодор Пилоти, 1865. На картине видно, как Каска замахивается кинжалом.

Дальнейшая судьба заговорщиков сложилась плачевно, их фантазии о возрождении Республики такой, какой она была во времена отца цезаря, так и остались фантазиями. В 43 году до н. э. двое главных сподвижников покойного Юлия: Гай Октавиан и Марк Антоний, а также начальник конницы Марк Эмилий, не побоявшийся стать посредником между двумя этими совершенно разными людьми, заключили второй в римской истории триумвират, одной из первых целей которого было уничтожение предателей-убийц. 

Однако цезарианцы не откладывали месть до создания триумвирата. Марк Антоний, самый близкий друг Цезаря, выступил перед народом с пылкими речами сразу после кровавого убийства. Вид изуродованного тела щедрого к низам (и давно научившегося использовать плебс в своих целях), красноречие и хорошая слава Антония сделали своё дело. Почти все заговорщики, а главное – Кассий и Брут были вынуждены уехать из Рима. Началась гражданская война.

Смерть Цезаря, Винченцо Камуччини.
Смерть Цезаря, Винченцо Камуччини.

Два с половиной года Марк Брут провел, набирая легионы и завоёвывая народные симпатии в провинциях. Тем же занимался и Гай Кассий, причем поначалу – вместе с Брутом, а затем же они действовали по-отдельности. В Афинах ненавидимые римлянами предатели были встречены очень даже тепло. Там они нашли себе новых союзников – молодых римских юношей, учившихся вдали от столицы и совершенно не переносивших лицемера Октавиана, «тирана» Цезаря и Антония, которого и попрекнуть было особенно не в чем, помимо дружбы с Юлием.

К 42 году до н. э. под контролем Брута оказались Македония и часть Малой Азии, причём захватом первой он был обязан воинским «талантам» Гая Антония, родного брата Марка Антония, который владел провинцией и не смог её удержать. Реакция Антония на подобную слабость брата не известна. Кассий же, пока Брут занимался Балканами, сумел расположить к себе сирийцев. К концу того же 42-го года пришло время решающего сражения: цезарианцы почти полностью исчерпали свои ресурсы (в том числе и финансовые), и победа избавила бы их от проблем, а бывшие заговорщик просто не желали более медлить. Накалялась и политическая ситуация в самом Риме – гражданские войны спокойными не бывали никогда.

Жертвы [второго] триумвирата. А. Карон, 1566. На картине присутствуют явные анахронизмы - Колизей, построенный при императорах Веспасиане и Тите, далеко не римские платья у женщин и штаны на мужчинах.
Жертвы [второго] триумвирата. А. Карон, 1566. На картине присутствуют явные анахронизмы - Колизей, построенный при императорах Веспасиане и Тите, далеко не римские платья у женщин и штаны на мужчинах.

3 октября состоялась первая битва при Филиппах в Македонии. То была битва давно мечтавших уничтожить друг друга противников: Кассия с Брутом с одной стороны и Антония с Октавианом с другой. Войско заговорщиков-республиканцев насчитывало 22 тысячи кавалеристов и 17 легионов неполного состава (ок. 90 тыс. человек), а также вспомогательные отряды из Малой Азии и Сирии. Антоний среди своих солдат насчитал 19 легионов усиленного состава (ок. 110 тыс. человек) и 13 тысяч кавалеристов. В итоге по численности воинства различались ненамного, но армия цезарианцев была создана из куда более проверенных солдат: на помощь сторонникам покойного Цезаря пришли даже уже немолодые ветераны его войн. Октавиан в день битвы был не здоров, и, по сути, Антоний командовал обеими частями воинства.

Брут и Кассий в Македонии. Кадр из сериала "Рим".
Брут и Кассий в Македонии. Кадр из сериала "Рим".

Как ни странно, победа досталась не цезарианцам. По итогам битвы потери Кассия составили около 8 тысяч человек, что было вдвое меньше потерь Антония. Почти все легионы больного Октавиана были разбиты. Триумвиры потерпели почти полное поражение. Но только почти. По невыясненным причинам Гай Кассий Лонгин, хоть сколько-нибудь способный тягаться в стратегическом плане с Марком Антонием,  в тот же день покончил с собой. Может быть, это было и не самоубийство, а тщательно подстроенное убийство, а может у него запоздало проснулась совесть – история умалчивает. Но факт остался фактом, и Брут оказался один против двоих. Смерть Кассия стала окончательным приговором для тех, кто ещё лелеял надежду о возрождении Республики. Как показало поражение Антония, один полководец на такое количество воинов – это слишком мало. И всё-таки эта битва не дала того результата, о котором мечтали обе стороны – победа одних и полный разгром других. 

Сражения при Филиппах. Сверху — первая битва, внизу — вторая, слева — пути триумвиров и республиканцев к Филиппам на карте Греции.
Сражения при Филиппах. Сверху — первая битва, внизу — вторая, слева — пути триумвиров и республиканцев к Филиппам на карте Греции.

Чтобы воодушевить своих легионеров на дальнейшие победы, Марк Юний пообещал после окончательной победы раздать каждому 8000 тысяч сестерциев и дать на разграбление два греческих города. Антоний своим солдатам пообещал по 20 000 сестерциев и всю Италию. К тому же, Брут не имел почти никакого авторитета, а Антоний и Октавиан, наоборот, были любимы. Но они все так же, если не сильнее, нуждались в решающем сражении, ведь помимо финансов к концу подходило и продовольствие. Войска же Марка Юния, управляемые абсолютно неумело, изводили Брута просьбами о сражении. Наконец он уступил… 

Второе сражение при Филиппах состоялось спустя двадцать дней, 23 октября. Это было одно из самых яростных побоищ в римской истории. В самом начале у Брута было преимущество, его удар правым флангом по силам Антония оказался успешным, но почти сразу после этого более дисциплинированному и целеустремленному войску Антония и Октавиана удалось смять весь левый фланг и часть центра его армии – это сказалось отсутствие тактика и руководителя Кассия. Правый фланг остался почти в изначальном составе, но войско всё равно было обращено в бегство. Брут понёс громадные потери.

9 круг ада, где, согласно Данте, томятся предатели, и в их числе - Марк Брут и Гай Кассий.
9 круг ада, где, согласно Данте, томятся предатели, и в их числе - Марк Брут и Гай Кассий.

По возвращении в лагерь Марк Брут, долгое время веривший в то, что республиканские идеи восторжествуют над диктаторскими, наконец понял всю смехотворность своих взглядов. Понял он и то, что без Кассия он не сможет больше выиграть. Другого варианта, помимо принятого им решения, просто не было.

О чём думал Марк Брут в последние минуты своей жизни? С какими мыслями он совершал самоубийство? Сожалел ли он о том, что некогда согласился принять участие в заговоре против гения Цезаря, который и после смерти продолжил представлять опасность для приверженцев Республики? Был ли Брут простым трусом, которого давление со стороны народа заставило пойти против человека, который заботился о его судьбе, или это был тщательно взвешенный шаг убеждённого республиканца? Этого мы никогда не узнаем. Но Марк Юний навсегда останется в памяти людей, и его имя всегда будет стоять в одном ряду с именами куда более великих современников: Цезаря, Октавиана Августа, первого принцепса Рима, Гнея Помпея Великого – одного из страшнейших врагов Юлия, и Марка Антония – мужа Клеопатры и вечного товарища Цезаря.


Все тексты в блоге моего авторства, иллюстрации взяты со свободных ресурсов интернета, из источников, не указывающих своих авторских прав (если иное не указано под иллюстрацией). При копировании прошу указывать ссылку на мой блог.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened