miss_juliettef

Category:

Добрый толстый Туту

Великая княжна Мария родилась 14 (26) июня 1899 года в Петергофе, в летней резиденции Императорской семьи. Третья беременность Александры Фёдоровны протекала тяжело - Императрица несколько раз падала в обморок, а в последние месяцы передвигалась на кресле-каталке. Роды также прошли тяжело - была угроза жизни и матери, и дочери.

Император Николай, Императрица Александра, Великие княжны Ольга (перед отцом), Татьяна (на руках у отца) и Мария (на руках у матери)
Император Николай, Императрица Александра, Великие княжны Ольга (перед отцом), Татьяна (на руках у отца) и Мария (на руках у матери)

Третья Великая княжна была названа в честь своей бабушки, вдовствующей Императрицы Марии Фёдоровны, ставшей её крестной. Дома маленькую Марию называли Мари, Мэри и просто Машкой. Также у нее было шутливое прозвище "добрый толстый Туту", полученное за природное великодушие и несколько угловатую помощь, которую она с радостью оказывала всем окружающим. Сестры нередко пользовались добротой Мэри: были случаи, когда она от своего имени просила родителей сделать что-то нужное одной из Великих княжон. Так, в 1914 году, Ольга через младшую сестру просила разрешения удлинить платье и получить собственную комнату.

С самого рождения Марию часто сравнивали с ангелами на картинах. Она была такой же милой и всегда послушной. С этим сравнением связан интересный инцидент из жизни Великой княжны. Однажды во время чаепития Мария стащила со стола взрослых несколько ванильных булочек, которые очень любила. Строгая Императрица хотела было наказать Марию, приказав уложить её спать раньше, чем обычно, но Николай Александрович вмешался, сказав: "Я думал, что у неё вскоре вырастут крылья, как у ангела. Я рад увидеть, что Мэри - человеческий ребёнок".

Портрет Великой княжны Марии кисти Маковского Константина Егорьевича (1905)
Портрет Великой княжны Марии кисти Маковского Константина Егорьевича (1905)

До рождения Анастасии, между тремя старшими княжнами часто случались раздоры. Маленькая Мария была куда спокойнее, чем Ольга и Татьяна, и им часто ставили её в пример, что их очень раздражало. Часто они доводили младшую сестру до слёз своими уверениями, что она наверняка приёмная дочь, ведь не может родная сестра быть так на них не похожа. Возможно, именно эти заверения старших сестёр в детстве поспособствовали тому, что в более старшем возрасте Мария считала себя неуклюжим медвежонком, которого никто не любит. Няня Императорских дочерей, Маргарет Игер, вспоминала одну из ссор княжон, после которой отношения сестёр несколько нормализовались:

Они [Ольга и Татьяна] соорудили домик из стульев в одном из углов детской и не пустили в него бедняжку Марию, заявив, что она будет играть лакея, и потому должна оставаться снаружи. Я построила ещё один домик в другом углу, рядом с колыбелькой [Анастасии], которой в то время было несколько месяцев от роду, для неё, но Мария упорно смотрела в другой конец комнаты, где увлечённо играли старшие. Неожиданно она бросилась туда, ворвалась в домик, отвесила пощёчины обеим сестрам, и убежав в соседнюю комнату, появилась опять, наряженная в кукольную плащ и шляпу, с кучей мелких игрушек в руках, и заявила: «Я не собираюсь быть лакеем! Я буду доброй тётушкой, которая всем привезла подарки!» Затем она раздала игрушки «племянницам» и уселась на пол. Обе старшие пристыжено переглянулись, затем Татьяна сказала: «Так нам и надо. Мы были несправедливы с бедной маленькой Мэри». Раз и навсегда они усвоили этот урок, и с тех пор всегда считались с сестрой.

("Шесть лет при русском Императорском дворе", воспоминания Маргарет Игер).

Старшие Великие княжны (слева направо: Татьяна, Ольга, Мария)
Старшие Великие княжны (слева направо: Татьяна, Ольга, Мария)

Лили Ден (Юлия фон Ден), близкая подруга Императрицы, вспоминала, что Мария была куда спокойнее и уравновешеннее всех своих сестёр, а отличительной чертой её характера было то, что она всегда знала, чего и зачем хочет.

Мария была любимицей своей тёти, Великой княгини Ольги Александровны. Она прощала племяннице все - неуклюжесть, будто бы беспричинные слёзы, которые чаще всего возникали из-за необъяснимой ревности к старшим, с которыми ей было куда интереснее, чем с младшей сестрой. Обожал Мари и отец, Император Николай. В раннем детстве она была привязана к отцу более, чем к сестрам и матери. Няне приходилось разве что не запирать маленькую Марию, чтобы она не убежала из детской с привычным возгласом "Хочу к Папа!" и не оторвала отца от докладов или не сорвала совещание. Когда Император болел брюшным тифом, Мария каждый вечер целовала его портрет.

Мария с отцом, 1901 год
Мария с отцом, 1901 год

Мария очень не любила учиться. Так же, как и сестры, она имела хорошие способности к языкам, но часто ленилась. Несмотря на все старания учителей, свободно освоила Великая княжна только английский, на котором говорила с родителями, и русский, на котором сестры общались между собой. Не без труда Мария выучила французский на уровне, по словам Пьера Жильяра, "довольно сносном", немецкий же остался неосвоенным.

Приблизительно в одиннадцать-двенадцать лет Мария впервые влюбилась. Имя "избранника" не было названо ни в одном письме, но по отрывкам из писем Императрицы к дочери можно предположить, что это был двоюродный брат Марии, будущий лорд Маунтбеттен. Луис Маунтбеттен до самой своей смерти держал на тумбочке фотографию кузины, его первой любви. В 1913 году в России побывал румынский принц Кароль, желавший жениться на Ольге. После отказа старшей Великой княжны, он попросил у Императора руки Марии, но Николай в ответ лишь посмеялся, сказав, что она ещё совершенный ребёнок.

В тринадцать лет Мария стала почетным шефом 9-го драгунского Казанского полка. С этого времени она аналогично старшим сестрам, "Елисаветградцу" и "Вознесенцу", часто подписывалась в письмах "Казанцем".

Мария в форме "своего" подшефного полка
Мария в форме "своего" подшефного полка

Только в годы Первой мировой войны Мария впервые по-настоящему влюбилась. У неё был роман с офицером флота Николаем Деменковым. Отношения Великой княжны и офицера закончились, когда он отправился на фронт. Перед отъездом Деменкова на фронт, Мария сшила ему рубашку. После, в телефонных разговорах с княжной он упоминал, что рубашка пришлась ему как раз в пору. Несколько раз Мария признавалась своей няне, что хочет выйти замуж за простого солдата и иметь как минимум двадцать детей.

В дни Февральской революции несколько оставшихся верными Императорской семье полков окружили Александровский дворец, так как бунтующие солдаты, грозя пулемётами, продвигались к дворцу. В оставшихся верными полках царило смятение. Чтобы поднять боевой дух солдат, в одну из ночей Императрица Александра и Мария терпеливо обходили солдат и говорили с ними. Успокоенные Императрицей и Великой княжной, полки все же остались у дворца, но из-за долгого нахождения на холоде Мария подхватила простуду.

Во время эпидемии кори в Царском Селе в 1917 году Мария заболела последней. Из-за предшествовавшей кори простуды Мария переносила болезнь очень плохо, у неё началось воспаление лёгких. Несколько раз у Великой княжны начинался отит, вследствие которого она ненадолго оглохла на одно ухо. Княжа часто бредила, несколько раз она была на грани между жизнью и смертью. Оправилась от болезни она только благодаря своему крепкому от природы организму.

Великие княжны Анастасия, Мария и Татьяна под ароестом в Царском Селе, весна 1917
Великие княжны Анастасия, Мария и Татьяна под ароестом в Царском Селе, весна 1917

В сибирской ссылке Мария своей простотой смогла расположить к себе некоторых солдат охраны. Она очень любила говорить с ними, точно помнила имена жён солдат, у кого сколько детей и земли. В Екатеринбурге очарованные княжной солдаты в благодарность за ласковое обращение научили Марию печь ржаные лепёшки без дрожжей, так как знали, что с питанием у семьи бывшего Императора туго.

Многие из современников считали Марию самой красивой из Великих княжон. Например, С. Я. Офросимова вспоминала о внешности княжны с восторгом:

Ее смело можно назвать русской красавицей. Высокая, полная, с соболиными бровями, с ярким румянцем на открытом русском лице, она особенно мила русскому сердцу. Смотришь на нее и невольно представляешь ее одетой в русский боярский сарафан; вокруг ее рук чудятся белоснежные кисейные рукава, на высоко вздымающейся груди - самоцветные камни, а над высоким белым челом - кокошник с самокатным жемчугом. Ее глаза освещают все лицо особенным, лучистым блеском; они... по временам кажутся черными, длинные ресницы бросают тень на яркий румянец ее нежных щек. Она весела и жива, но еще не проснулась для жизни; в ней, верно, таятся необъятные силы настоящей русской женщины.

Чисто-романовской чертой в лице княжны были большие синие глаза, обрамлённые пушистыми ресницами. Эти глаза родственники часто с любовью называли "Машкиными блюдцами". Во многом Мария походила на деда, Императора Александра III - в него она пошла ростом, телосложением и силой. Бывало, когда Цесаревичу было нужно куда-то попасть, а сам он идти не мог, он звал сильную сестру: "Машка, неси меня".

Великая княгиня Ольга Александровна, Цесаревич Алексей и Великая княжна Мария
Великая княгиня Ольга Александровна, Цесаревич Алексей и Великая княжна Мария

Мария очень любила животных. У неё долгое время жил сиамский котёнок, позже ей подарили белую мышку. Собак у Великой княжны не было, ей вполне хватало общения с питомцами сестёр и брата.

Мария с котёнком
Мария с котёнком

После своей смерти Мария осталась самой таинственной личностью из семьи последнего Императора. О ней мало писали мемуаристы, а в повседневной жизни её всегда заслоняли более аристократичные старшие сёстры, маленькая сестра, всегда выдумывавшая проказы, и больной брат.


Все тексты в блоге моего авторства, иллюстрации взяты со свободных ресурсов интернета, из источников, не указывающих своих авторских прав (если иное не указано под иллюстрацией). При копировании прошу указывать ссылку на мой блог.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened